Ночь нежна: Как вечеринки в Киеве становятся квир и секс-позитивными

Создание так называемых safe spaces, где каждый может раскрепоститься и стать кем пожелает, — один из приоритетов современной танцевальной сцены. Промоутеры и квир-коллективы по всему миру, включая киевские формации, проводят ивенты, исповедующие принцип NO RACISM, NO SEXISM, NO HOMOPHOBIA, NO TRANSPHOBIA, NO VIOLENCE. Здесь рады любому гостю — трансгендерным и небинарным людям, лесбиянкам и геям, натуралам, парам и одиночкам.

Западные музыкальные медиа уже называют происходящее «новой эрой квир-клабинга». DTF Magazine рассказывает, что стоит за этим явлением, как концепция safe space воплощается в Киеве и становится нормой благодаря рейвам Veselka, клубам Crest и ∄ на Кирилловской, Vogue Nights и кинки-вечеринкам.


Инаковость и инклюзивность

Понятие «квир» — это что-то вроде зонтика, под которым разместились все варианты сексуальной идентичности. В дословном переводе означает «странный/своеобразной». Термин возник в ХХ веке и долго носил оскорбительный характер, обозначая человека с девиациями. Но в конце 1980-х годов ЛГБТК-активисты его присвоили и переосмыслили. Теперь под квиром подразумевают человека, который не приемлет ярлыки, исследуя собственную сексуальность за рамками бинарной системы. А еще квир может быть заявлением о непринятии существующих ролей и предписаний.

Квирность зачастую ставят в оппозицию традиционной гей-культуре, которая долгое время оставалась закрытой и недружелюбной к «чужакам». Распространялось это и на танцевальную сцену. «Изначально квир-вечеринки по большей части организовывались мужчинами для мужчин». Например, Circuit parties — масштабные коммерческие фестивали, где в основном собирались обеспеченные белые геи с идеальными телами.

«Гей-сцене в действительности свойственен сексизм. Я думаю, что на ней есть место только мужчинам и только с определенными физическими характеристиками — всеми этими гей-клише вроде мускулистого тела. Квир — это нечто более политическое и трансгрессивное. Быть квир — значит не подстраиваться под ярлыки, а создавать свою собственную индивидуальность», — говорил в 2016 году основатель вечеринок Pornceptual Крис Филлипс, формация которого выступает за разнообразие и бодипозитив.


Секс-позитив

Фото: Danil Privet

Секс-позитив — важный аспект как квир-теории, так и квир-клабинга. При этом квир-вечеринки и секс-вечеринки не одно и то же. В первом случае секс не ключевая цель, он возможен, но вовсе не обязателен.

Термин «секс-позитивный» развивался в ходе феминистской борьбы за равноправие в англоязычных странах. Секс-позитивная теория также отстаивает права представителей ЛГБТК, которые сегодня по-прежнему подвергаются дискриминации. Она признает широкий спектр ориентаций и предусматривает отношение к сексу и связанным с ним практикам без осуждений. На таких вечеринках люди могут свободно выражать свою сексуальность, какой бы она ни была. И здесь также воспевают бодипозитив.

«Так сложилось, что сексуальная свобода развивалась параллельно с популяризацией техно и рейвов. И теперь есть три места в мире, где проводят лучшие техно-вечеринки, это Берлин, Киев, Тбилиси»,

— рассказывает Андрей Радецкий, координатор образовательного пространства Dialog Hub от фонда Елены Пинчук, руководитель общественной организации «Прожектор».

Вечеринка Veselka / Фото: Danil Privet
ечеринка Veselka / Фото: Danil Privet

«Стигма относительно сексуальности и ее принятия как таковой создавалась нашими родителями через призму советской системы, в которой секса не было. К нам сексуальная революция всегда приходит с некоторым опозданием. Это связано с рядом исторических процессов, в том числе с христианизацией общества, — продолжает он. — В Украине сексуальная парадигма еще долго будет трескаться. У нас секс воспринимался как нечто греховное, и интерес к нему имеет негативную коннотацию. А люди, пропагандирующие секс-позитивное движение, с точки зрения христиан, воспринимаются как извращенцы, приблизительно так, как и представители гей-комьюнити».

Если раньше в Киеве существовало разделение на «обычные» и гей-клубы, то на сегодняшний день у аудитории есть понимание, что вечеринки и места могут быть инклюзивными, а посетители — какими угодно, главное, толерантными. Несколько абстрактные и даже осторожные заявления про свободу и celebrate diversity превратились в довольно четкие постулаты:

NO RACISM, NO SEXISM,

NO HOMOPHOBIA, NO TRANSPHOBIA,

NO VIOLENCE

Это еще не повсеместная практика, но безусловный тренд в Киеве.

За 2019 год Veselka из небольшой вечеринки выросла в суперпопулярное событие, открылся клуб Crest, а также клуб-гигант (во всех смыслах) на Кирилловской, вогерские батлы превратились из танцевальных соревнований в еще не очень массовые, но полноценные вечеринки. Все эти места и проекты стараются создавать safe spaces для аудитории ЛГБТ+, а значит, для всех.

Вечеринка Veselka / Фото: Yaroslav Ilin

«Декларация подобных ценностей — это некий лакмус. Очень легко понять, насколько комфортно тебе будет, вне зависимости от того, гей ты или нет, черный или белый, если место или инициатива позиционируют себя как ЛГБТ-френдли.

Это значит, что там себя могут чувствовать в безопасности все».

— объясняет София Лапина, соорганизаторка KyivPride.

В последнее время KyivPride коллаборирует с ЛГБТ-ориентированными вечеринками. Постоянно говорить со своей целевой только о проблемах и борьбе никто не хочет, а вечеринка — это всегда про позитив, неформальное общение и вечное «музыка нас связала».

Одними из первых, с кем начал сотрудничать KyivPride, были ЛБ-вечеринки (то есть для лесбиянок и бисексуалок) Refresh. Скоро этой серии уже два года, и она уже вполне самостоятельна. По музыкальному наполнению это хаус в разных проявлениях, иногда диско, а на последних вечеринках даже хип-хоп.

Но все же если речь идет о сегодняшних ЛГБТ-вечеринках, то их основные ингредиенты — свобода, сексуальность и техно. В разрезе киевских вечеринок это далеко не исключительно, но преимущественно техно.

Вечеринка Veselka / Фото: Danil Privet

«Люди, которые ассоциируют себя с техно-культурой, сами часто не понимают, что это уже целое движение, — убеждена София. — Их объединяет одна эстетика, идеи. Так, Кирилловская и Crest открыто говорят о том, что гомофобия, расовая или гендерная дискриминации неприемлемы в их стенах. Молодежь, которая приходит в эти клубы, вне зависимости от того, принадлежит она к ЛГБТ или нет, как минимум подписывается под тем, что исповедует такие же ценности. Вот я и подумала, что было бы круто взять техно-индустрию, которая уже позиционирует себя как open-minded, и работать с ней».

И если бы Марш равенства в этом году не отменился из-за пандемии, проекты представили бы коллаборации с Veselka, Crest и Кирилловской.

01.

Veselka


Вечеринка Veselka / Фото: Vic Bakin

Медиа уже вполне справедливо окрестили Veselka квир-рейвом. Организаторы со старта знакомили публику с заметными представителями квир-сцены, со временем стали заклеивать камеры на входе и мотивировать публику одеваться (или же раздеваться) определенным образом. Не только позиционирование, но и вся эстетика выкристаллизовалась довольно быстро: кожа, латекс, цепи, нарочитая сексуальность и «как в Берлине», но все же умеренный накал страстей.

Если первая Veselka собрала около двух сотен человек, то спустя полгода на вечеринки выстраивались огромные очереди и даже два танцпола едва всех вмещали.

«Не помню, чтобы раньше в Киеве были какие-то официальные квир-вечеринки. Аудитория просто разбредалась кто куда: в Closer, на Схемы, какие-то небольшие рейвы в Otel’. Да, они не позиционировали себя как ЛГБТ, но все же публика на этих вечеринках была довольно раскрепощенной и готовой к самовыражению.

Мне же хотелось делать такие вечеринки, где все были бы более открытыми, даже отвязными. Я давно наблюдал за подобными проектами в разных странах, и мне нравились те, где не просто был фокус на ЛГБТ-аудиторию, но еще и играла классная музыка»

— рассказывает диджей и сооснователь Veselka Стас Твиман.

Изначально Стас не привязывался к конкретному музыкальному направлению, а приглашал диджеев и проекты, которые соответствовали бы концепту.

Первым гостем стал резидент берлинских openmind-вечеринок и одноименного лейбла CockTail d’Amore, а также самых откровенных гей-вечеринок внутри Berghain — lab.oratory — Луиджи Ди Венере. Артист играет от диско и хауса до транса и техно — солянку из всего. Но техно-диджеев в лайнапах все же появлялось больше, так что музыкальное наполнение сформировалось органически. Например, представители берлинской Herrensauna, известные жестким техно, приезжали в Киев дважды.

Вечеринка Veselka / Фото: Danil Privet
Вечеринка Veselka / Фото: Danil Privet

В итоге на Veselka стараются делать два танцпола: один обязательно с техно и более жесткой музыкой, второй поразнообразнее.

02.

Crest


«Мне кажется, после Veselka на всех вечеринках стало больше оголенных или, наоборот, ярко одетых людей, ну а сами организаторы стали чаще заклеивать камеры, говорить о каком-то дресс-коде. Словно тусовки разделились на до и после. Потом еще открылась Кирилловская, а вскоре мы также запустили Crest как постоянную локацию с форматом Veselka»,

— продолжает Стас.

С прошлой осени Crest действительно стал своего рода стационарной Veselka, только более камерной. Здесь не каждую вечеринку позиционируют как ЛГБТ, но правила про no discrimination действуют всегда, да и общий вайб неизменный. Раньше в этом подвальном помещении на Крещатике работал гей-клуб Andybar.

Crest продолжил миссию Veselka по сбору квир-парламентариев из разных стран: здесь отметились еще одни берлинцы — Mala Junta, резиденты Horoom Nights — квир-вечеринок в тбилисском Bassiani, представители квир-техно сцены из Москвы Popoff Kitchen, а если бы не карантин, еще и гости из тель-авивской формации PAG.

Заметное квир-комьюнити на киевской сцене пока не образовалось, но незадолго до локдауна в Crest успели пройти две вечеринки Kichmich. Этот проект видит свою миссию в создании безопасного пространства с культурой бодипозитива для квир-сообщества. Запустили его две француженки, живущие в Киеве. Учитывая успешность проекта, после карантина можно ожидать продолжения.

Crest также примечателен тем, что здесь есть свой даркрум, правда, не столько как полноценная темная комната, но все же как определенное место для уединения.

03.

Клуб ∄ на Кирилловской


Фото: Yana Franz

Клуб появился всего год назад, а полноценно запустился даже с ноября, но локальным феноменом стал практически сразу. Никаких официальных комментариев, но они особо и не нужны. Проект достаточно четко артикулирует свою позицию и последовательно иллюстрирует ее своими действиями. Небинарное свободное пространство, действительно комфортное для всех гостей, как бы они себя ни идентифицировали. Да, здесь достаточно непростой фейс-контроль, что радует далеко не всех, но при этом на танцполе неслучайная публика.

Добиться атмосферы удалось и благодаря одному из главных правил, действующему с первого дня: никаких фото и видео в клубе. А также негласной взаимной договоренности: все, что происходит на Кирилловской, остается на Кирилловской.

На Кирилловской есть даркрум и, кажется, вообще все, за что все так любят берлинские клубы, а иногда даже немного больше — как питьевая вода.

∄ не только зовет актуальных на мировой сцене диджеев, но и поддерживает локальных, а также привлекает диджеев или проекты, ассоциированные с квир-сообществами. Последняя вечеринка перед карантином прошла в коллаборации с берлинским проектом Pornсeptual, который исследует сексуальность и телесность. И, судя по длине очереди (обновившей новогодний рекорд), команда угадала с запросом киевской аудитории.

Также ∄ стал проектом, с которым у KyivPride установились дружественные отношения. По словам Софии Лапиной, здесь планировали провести вечеринку, приуроченную к киевскому Маршу равенства, и, в принципе, обсуждали партнерство. Но пока все отложилось до посткарантинных времен.


Safe spaces и даркрумы

Иллюстрация Евгении Винокуровой 

Главное назначение даркрума — анонимный, но отчасти публичный секс в темноте. Изначально даркрумы существовали исключительно в гей-клубах и вход негеям туда был закрыт, но на современных вечеринках они все чаще доступны любому гостю.

Более того, некоторые организаторы стараются сделать даркрумы максимально комфортными и для женщин. Например, берлинская формация Lecken долго экспериментировала с конфигурацией секс-комнат, использовала ткани, а также различные ароматы. Но, опять же, не стоит понимать эту открытость неправильно. Тот факт, что люди могут свободно заняться сексом на вечеринке, вовсе не означает, что все должны. Safe space и секс-позитив — это антонимы принуждения и давления.

Вечеринка Veselka / Фото: Danil Privet
Фото: Yaroslav Ilin

«В повседневной жизни многие из нас надевают социальную маску правильности и постоянно ее транслируют. Но это по большей части игра, от которой устаешь. И я говорю сейчас не только про ЛГБТ. Думаю, что прогрессивные люди в принципе не станут отделять гей-комьюнити от гетеро. В нашей сексуальности заложено очень-очень много. Зачастую какие-то склонности лучше транслировать именно через нее, оставаясь при этом совершенно здоровым человеком.

Круто, если есть место, куда ты можешь прийти, например, в каком-то экстравагантном наряде, может, с сексуальным подтекстом. Если у людей есть такая потребность, которая позволяет им сохранить психологическое здоровье, то почему бы и нет?!»

— считает Андрей Радецкий.


Кинки

В переводе с английского kink означает «излом/перегиб». Так называют сексуальное поведение, отклоняющееся от нормы, например какой-нибудь фетиш, связанный с БДСМ-практиками. Вечеринки, соответствующие кинки-канонам, известны с древних времен: те же античные оргии или египетские фестивали пьянства. Сегодня подобный секс-интертеймент популярен во всем мире.

Один из самых известных европейских кинки-клубов — берлинский KitKat, где сексуально-фетишная история органично уживается с ключевыми принципами квирности: инклюзивностью, разнообразием, открытостью, безопасностью. Но не каждое кинки-мероприятие такое: например, часть тусовок ориентирована исключительно на поклонников БДСМ, а куда-то пускают только мужчин или только женщин.

В kink-сообществе также действует правило: секс возможен, но не обязателен. Есть даже специальная сигнальная система, которую используют, чтобы уберечь посетителей от нежелательного опыта/контакта: «красный», «оранжевый» и «зеленый» — по принципу светофора.


Кинки

в Киеве

Официально кинки- или секс-вечеринки в Украине вне закона, так что они, конечно, проходят, но не так открыто, а с секретными чатами и прочим. Чуть больше года назад в Киеве появились серия, которую проводят и готовят основательно.

«В Киеве и до нас проходили подобные вечеринки, но они были более закрытыми и узконаправленными, как, например, вечеринки для любителей БДСМ. Мы же решили сделать пространство, где был бы представлен не один формат кинка, а вообще все, чтобы каждый мог прийти и попробовать или увидеть что угодно.

Вторую вечеринку посвятили японской тематике, и хотя мы не просили, но 80% гостей пришли в костюмах. Тогда мы решили сделать дресс-код обязательным, чтобы понимать, что человек вовлечен и пришел сюда осознанно, а не случайно».

— рассказывает один из организаторов.

Самый большой ивент проекта собрал порядка 500 человек. По словам организаторов, основная аудитория на таких вечеринках несколько постарше, чем на обычных, как минимум это люди старше 25 лет. Есть и помоложе, но в основном приходят те, у кого уже есть определенный опыт и появился запрос попробовать что-то новое как в сексе, так и вообще. Часто это пары. Вечеринки не позиционируются как ЛГБТ, так что представители квир-комьюнити — только часть аудитории.

Музыка в основном зависит от тематики мероприятия, а на крупных ивентах может работать и два танцпола. Иногда приглашают техно- или хаус-диджеев, но, например, недавняя вечеринка, стилизованная под подпольный бутлегерский клуб, проходила с джаз-бэндами.

Со всеми работающими на таких мероприятиях подписывается договор о неразглашении, так как вопрос безопасности на кинки-пати один из основных во всех смыслах. «Мы просим всех сдать телефоны на входе, просто заклеить камеру не работает: пробовали, но люди все равно пытались валить селфи. А мы все же создаем safe space. Кстати, у нас на входе даже адвокат сидит, хотя никаких негативных историй за все время не было и не все организаторы так заморачиваются. Также на вечеринке доступны презервативы, лубриканты, санитайзеры и экспресс-тесты на базовые венерические заболевания».


Балрум, дрэг и вог

Предпосылки балрум-культуры можно проследить еще в эпохе Гарлемского ренессанса 1920-х годов. Тогда в Нью-Йорке проводили The Hamilton lodge ball: его открыто посещали геи и лесбиянки, а апогеем вечера становился выбор лучшей дрэг-квин.

В конце 70-х — начале 80-х балы были площадкой, где самые невидимые и маргинализированные people of color могли проявить свои таланты и добиться признания. Они объединялись в так называемые дома и соревновались в артистизме, эпатажности, умении перевоплощаться, позировать и других категориях. Эти конкурсы стали фундаментом для уникальных культурных феноменов.

Vogue — это название танца, ставшего визитной карточкой балрума. В 60—70-х гарлемские дрэг-королевы собирались в клубе Footsteps и в такт музыке подражали богатым женщинам, живущим в престижных районах Нью-Йорка, а также копировали позы моделей со страниц глянцевых журналов. Со временем такой «позинг» перекочевал в «бальные залы», где и трансформировался в вогинг, многогранный танец с различными ответвлениями — Old Way, New Way, Vogue Femme — и своими героями вроде Уилли Нинджа.

Вог-батлы проходили и в знаменитых клубах Better Days, Paradise Garage, The Sound Factory. Они способствовали развитию новой ускоренной версии хаус-музыки с зацикленным вокалом. Наиболее каноничные треки в этом ключе — Walk for me и The Ha Dance.

Дрэг — еще одна арт-форма, связанная с балрумом. Сегодня присутствует на многих квир- и секс-позитивных вечеринках. Раньше под этим явлением подразумевали в основном перевоплощение в противоположный пол в максимально утрированной форме. Кстати, одна из версий происхождения термина drag гласит, что слово является аббревиатурой выражения dressed resembling a girl.

Однако дрэг постоянно эволюционировал, и сегодня он не привязан к бинарной системе. Артисты создают персонажей, которые разрушают установленные рамки и исследуют гендер, словно конструктор. Главное — свобода выражения и нестандартный подход.

В атмосфере рейва дрэг-искусство не только усиливает чувство всеобщего праздника и свободы. Это инструмент, позволяющий оставить в стороне страх и давление.


Voguing Nights

в Киеве

Kyiv Voguing Nights организовывают хореограф и сооснователь вог-дома The House of Hobo Артемий Лазарев, ранее известный по проекту Kazaky, а также Катя Непочатова, участница дома. 

Все начиналось как танцевальные соревнования среди вогеров — с категориями, судьями, призами, но без вечеринки-продолжения. Со временем события стали более массовыми и сконцентрированными не столько на соревновании, сколько на возможности проявить себя и пообщаться.

Сегодня, когда одни смотрят сериал Pose, а другие ждут шоу с вог-батлами, движение все больше становится мейнстримовым и коммерциализируется. Это неплохо для привлечения аудитории, но для самой культуры — не особо. Все же вог, как танец, только вершина айсберга, и далеко не все готовы углубиться и принять, что речь не только о необычных движениях и ярких нарядах. На вог-балах важно создать атмосферу безопасности и доверия, чего сложно достичь без осознанности всех участников.

«Суть не в том, что теперь мы хотим делать мероприятия не для нашей маленькой тусы, а для широких масс. Нам хочется, чтобы в тусовку пришло больше людей, которым это действительно интересно, чтобы они нашли свое. То есть мы стараемся донести до потенциальной аудитории, что такое вообще существует.

Даже если человек не танцует, он все равно может участвовать, выйти, например, в категории Best Dressed или Face. В этой культуре на самом деле намного больше всего, не связанного с танцами»,

— рассказывает Виктор, один из организаторов Kyiv Voguing Nights.

Поэтому один из главных челленджей для организаторов — сделать так, чтобы в этом направлении в первую очередь находили и реализовывали себя люди из ЛГБТ-сообщества, а еще внести разнообразие в ландшафт квир-вечеринок.

«Здорово, что появляется больше вечеринок, где эта аудитория может проводить время без угроз и опасностей. Но, мне кажется, настоящее развитие будет тогда, когда это станет нормой и будет больше разнообразия. Люди в квир-сообществе, как и все, хотят от вечеринок разного: кто-то — техно, а кто-то — не техно, кто-то — просто побухать, а кто-то — найти себе кого-то. Мы же делаем вечеринки для тех, кому нравится как вог-культура, так и творчество вообще в разных проявлениях», — считает Настя из команды Kyiv Voguing Nights.

Такие вечеринки обычно собирают около 200 человек, в роли MC выступает Артемий, диджеят часто участники проекта Витя и Саша. Музыка — вог-бит, хаус и диско. Фотографироваться не только можно, но и нужно.

«В Киеве достаточно людей, которые любят наряжаться, но для этого нет особого повода. Да, есть Veselka и подобные вечеринки, но они больше легализуют обнаженное тело. Нам же хочется использовать эту свободу таким образом, чтобы люди одевались, как им нравится. Бодипозитив не про то, что ты пришел на вечеринку и снимаешь с себя все, не стесняясь. Суть в том, чтобы ты мог надеть именно то, что ты хочешь, и тебя никто бы за это не осудил»

— считает соорганизатор KVN Саша Пузан.

«Будет круто, когда приставка „квир“ станет означать не то, что на эту вечеринку нужно идти за чем-то запретным или экзотическим, а то, что там человек будет чувствовать себя свободно и безопасно»,

— подытоживает Артемий.


Текст: Ирина Грищенко, Ольга Карлович

Коллаж на обложке: кавер альбома Rave группы The Empire Line и снимок Vic Bakin


Следите за DTF Magazine в Facebook, Instagram, Twitter и Telegram

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Ира Грищенко