Больше чем танцы: 23 правила от культовых клубов

Открыть свой бар или клуб под силу любому, кто в состоянии вложить в него деньги. Но создать поистине культовое место с верным коммьюнити, душой и вкладом в мировую культуру способны только те, кто живет этим. DTF Magazine изучил историю четырех клубов, которые стали настоящим феноменом и вдохновили Ballantine’s на коллаборацию, а затем вывел 23 правила, как создать нечто большее чем просто место для вечеринок.

Лимитированная коллекция True Music Series: The Clubs Collection — коллаборация Ballantine’s и четырех знаковых клубов, стоящих на «передовой клубной культуры». Шотландский Sub Club, бейрутский The Gärten, барселонский Nitsa и нью-йоркский Output получили собственный дизайн бутылки, отображающий вайб каждого из четырех городов и их вечеринок. Она уже доступна в Украине

Sub Club

Глазго

The Gärten

Бейрут

Nitsa

Барселона

Output

Нью-Йорк

Знакомьтесь:

1. Обосноваться на месте с историей


В 1950-60-х годах подвал дома 22 на Ямайка-стрит был известен, как Le Cavé — вечерний джаз-клуб. В 1970-80-х в подвале располагался ямайский стейк-хаус Jamaica Inn, где национальный вайб смешивался с фанком, соулом, джазом наряду с поп-музыкой. Здесь и обосновались тогда еще вечеринки Sub Club, которые ранее курсировали по разным местам. На короткое время Jamaica Inn сменил клуб Lucifer’s, однако вскоре он уступил место тому самому Sub Club, который более 30 лет остается культовым форпостом клаббинга Шотландии и одним из ключевых клубов мира.

2. Пережить пожар, кочевать три года и с характером «восстать из пепла»


В 1999 году Sub Club закрылся из-за пожара, разрушившего соседнее здание, и вечеринки три года кочевали по другим локациям. «Мы бы никогда его не отстроили, если бы знали, что это займет дольше пары месяцев, — признается Майкл Грив, генеральный директор Sub Club. — Но это лучшее, что я сделал». В 2002 году Sub Club вернулся на клубную арену Глазго в разы лучше, чем был до этого. А с 2006 года тела людей в Sub Club буквально пропускают через себя бас благодаря bodysonic-танцполу, передающему кинестетические ощущения через звук.

3. Устроить вечеринку длиной в десятилетия


Sub Club славится двумя постоянными вечеринками: Subculture и Optimo. Subculture с бессменными резидентами Джеймсом Харриганом aka DJ Harri и Домеником Каппелло aka Domenic проходит каждую субботу с 1994 года — это самая продолжительная хаус (и немного техно) серия ивентов в мире. Воскресные Optimo с диджеями Twitch и Джонни Уилксом проходили с 1997 по 2010 год как радикальная альтернатива стандартному 4/4-биту на танцполе: электро, фанк, нойз-рок, рэгги, панк 80-х, ликвид и прочее. После перерыва, Optimo вернулась в Sub Club 2019 году. Также одной из самых продолжительных серий являются ежемесячные техно-вечеринки Sensu — с 2007 года.

4. Сделать своих резидентов главными артистами вечеринок


До запуска Subculture Харри еженедельно играл в клубе с 1987 года, а Доменик — с 1992-го. Twitch и Уилкс играли каждые выходные в течение 13 лет. Несмотря на то, что Sub Club навещают знаковые гости, главные и долгоиграющие события построены вокруг резидентов. Такая музыкальная политика идет вразрез с тенденцией среди современных клубов, которые позиционируют гостей как звезд, и одновременно она очеловечивает Sub Club — все приходят в клуб, будто к другу домой. Соответственно, и резиденты чувствуют себя здесь частью настоящей семьи.

5. Открыть новый жанр для клабберов и остаться преданным ему навсегда


В середине 1990-х Sub Club пошел против течения и впустил хаус на свой танцпол года за два до взрыва его популярности. Харригану претило жесткое звучание доминирующего тогда техно, на которое сходились агрессивные футбольные болельщики и уличные банды.

Запустив Subculture, Харри и Каппелло начали «привозить» пионеров хауса со Среднего Запада США, в частности, из мекки жанра — Чикаго. Так, Деррик Картер был одним из первых, кто перелетел через Атлантику для сета в Глазго, и с тех пор играл здесь регулярно.

В Sub Club находится место и другому вайбу. Optimo с гремучей смесью разных жанров — дань новаторству и убеждению, что танцевальная музыка может быть разной. Возрожденное техно звучит на Return To Mono во главе со Slam и Animal Farm. И все же на главных вечеринках клуба 30 лет танцуют под хаус, какими бы новыми трендами ни накрывало клубную культуру.

6. Привозить тех, кого слушаешь, и развивать локальную сцену


При выборе гостей руководство клуба не гонится за хайпом. Конечно, Sub Club букирует легендарных отцов хауса и техно и актуальных молодых диджеев, но выбор обусловлен честным интересом, желанием послушать их у себя и заботой о посетителях. Клуб сохраняет баланс между «свежей кровью» и артистами, с которыми отношения складывались годами — как Лил Луис и Эндрю Уэзеролл.

Sub Club внимательно следит за сценой Великобритании, но в приоритете сугубо шотландская. «За 30 лет существования клуб оказал значительное влияние на музыкальную культуру Глазго и Шотландии в целом», — считает Майк Грив. Не только ввиду просвещения местной аудитории: Subbie послужил средой развития новых артистов. Для Hudson Mohawke, например, который начал с работы в клубе в 2003 году, убирая стаканы со столов. Или для Denis Sulta — «следующего большого имени в хаус-музыке» по версии Mixmag.

7. Стать отдушиной для молодежи, замкнутой в конфликтной среде и культурном застое


Вечеринки überhaus проводились во времена, когда в мульти-религиозном Ливане царил социальный раздрай после 15-летней гражданской войны. «Города, страны, погруженные в конфликт, дают толчок креативности, заставляют рождать новые идеи, которых больше нигде нет в мире. А если и есть какой-то город, погрязший в конфликтах, так это Бейрут», — отмечает Али Салех, сооснователь überhaus и The Gärten.

Пока большинство клубов зарабатывали деньги на прибыльном баре и столиках с состоятельными клиентами, überhaus пошел на риск — вернул приоритет танцполу. «Эта страна полна угнетения и дискриминации. В ней много ненависти. И тебе необходимо как-то это выпускать. Вот, когда ты собираешься и идешь на вечеринку», — говорит хостес The Gärten Саша Элайджа.

8. Вырасти из просто клуба в гигантскую звуковую пирамиду


C 2012 года вечеринки überhaus проходили в одноименном клубе вместимостью 400 человек. Дебютный зимний сезон оказался настолько успешным, что сооснователи Али Салех и Немер Салиба уже к лету сконструировали открытую площадку — The Gärten.

В первые два года опен-эйр-клуб на 1000+ человек существовал в форме купола, а с 2014-го — это огромная светящаяся пирамида, утопающая в садах, которая возвышается над центром пыльного Бейрута. Танцпол на 3000+ человек наполовину открыт, при этом феноменальный звуковой дизайн защищает окружающий город от громкой музыки. Также к этой конструкции по прозвищу «зверь» пристроен тоннель, в котором звук попадает в «ловушку» и полностью рассеивается на выходе.

9. Поставить свой город на клубную карту мира


Еще одним революционным шагом überhaus в реалиях Ливана стал букинг международных артистов на каждый уикенд. За восемь лет существования формация представила в Бейруте ведущих артистов мировой сцены, получив хвалебные отзывы от Сета Трокслера, Магды, Eats Everything, My Favorite Robot и множества других.

«Эти диджеи прилетают к нам, потому улетают обратно и говорят людям о Ливане что-то в духе: „Черт побери, это сумасшедшая страна!“. И таким образом ставят „флажок“ на Бейруте как на пункте назначения для клубного туризма», — говорит Немер.

10. Вывести андеграунд из зоны табу в ранг мейнстрима


Возврат танцпола на первое место в клубе, три вечеринки длиною в ночь каждую неделю, международный букинг — все, что раньше было по меньшей мере не популярно, The Gärten постепенно превратил в мейнстрим. Вдобавок, соседство локальных диджеев с зарубежными артистами активировало ливанскую электронную сцену. Рони Сейкали, диджей, в прошлом американская звезда баскетбола ливанского происхождения рассказывает: «Ливанские андеграундные клубы — это табу, и всегда были таковыми в нашем обществе, а überhaus удалось это изменить, это стало круто. По сути, они изменили ландшафт андеграундной музыки в Ливане»

11. Устоять перед натиском враждебно настроенного правительства


В мае 2018 года немецкий диджей Acid Pauli сам того не зная начал сет в The Gärten с трека, в котором звучал семпл с записью шейха, читающего Коран. Власти закрылы клуб, ссылаясь на то, что überhaus якобы не имел всех нужных разрешений на деятельность и пропагандировал материал, оскорбляющий религиозные убеждения. «Политики пользуются религией, чтобы разделять нас. Они говорят о демократии, но эта демократия основана на сектантстве», — подчеркивает Али Салех.

Через пять недель The Gärten вновь открыл двери, отпраздновав событие под восьмичасовой сет легендарного Бена Клока. Немер Салиба: «На нас столько раз нападали, нас трижды закрывали… Обстоятельства, сформировавшие эту страну, и нас сделали теми, кто мы есть. Выжить здесь в таких условиях — с войной в соседней Сирии, ставшей одной из самых смертоносных в мире — и все еще стоять на ногах? Ого… Вот это история».

12. Принять сообщество ЛГБТК+ как важную часть комьюнити клуба


«Многое меняется, но моя страна все еще сильно страдает от религиозного давления, — сетует Али. — Глядя на квир-комьюнити, мне часто кажется, что мы делаем один шаг вперед и два назад». Тем не менее, The Gärten стал домом для тех, кто в прошлом не афишировал себя в пределах Ливана и всего Среднего Востока. Сегодня это безопасное пространство для ЛГБТК-сообщества, интегрированного в клубное комьюнити, да и свободного самовыражения вообще. Саша Элайджа, трансгендерная женщина, хостес The Gärten: «Быть транс-перформером и выступать в центре Бейрута — это революционно, и это прекрасное явление в свете того, что сегодня происходит в Ливане».

13. Начать с малого, чтобы решиться на большее


В 1994 году энтузиасты формации Nitsa обосновались в небольшом концертном зале с вращающимся полом и флером дискотек 1970-х, чтобы дерзкая молодежь могла потанцевать в ночные часы после поп-шоу. Вскоре эти вечеринки с диджеями выросли из нишевого досуга в самодостаточное массовое явление. Небольшой танцпол стал слишком тесен для разросшейся здесь тусовки. Тогда в 1996 году основатели Nitsa совершили один из важнейших шагов в клубной истории Барселоны: объединились с просторным Sala Apolo и открыли тот самый Nitsa Club.

14. Интегрировать прогрессивную клубную динамику в роскошь классического пространства


Sala Apolo более 75 лет является одной из ключевых культурных площадок Барселоны. Принимая в своих стенах все — от конькобежного клуба до театра-кабара, — Apolo по большей части был и остается концертным холлом. А последние 23 года каждый уикенд это ведущий ночной клуб города благодаря проекту Nitsa. Вкупе с полумраком обстановка погружает в таинственную атмосферу, отсылающую к бальному залу из экранизации Стенли Кубрика «Сияние» или театру «Силенсио» из «Малхолланд Драйв» Дэвида Линча.

Nitsa насытила эту таинственность «электричеством» LED-системы и диджей-сетов ведущих артистов мировой сцены. А в 2017-м Nitsa добралась до небольшого подвального помещения Sala Apolo и преобразила его в Astin — мини-версию Nitsa для более уютных, экспериментальных либо квировых вечеринок, а также инди-концертов.

15. Поставить на ноги клубную культуру своего города


В первые же месяцы существования Nitsa стало заметно, что народ стекается на вечеринки независимо от основных концертов на площадке. У Ángel Molina, César de Melero, DJ Zero и других барселонских диджеев начала формироваться своя аудитория. Ключевую роль на локальной сцене середины 1990-х сыграл DJ Sideral, чьи сеты чаще всего звучали именно на танцполе Nitsa.

«Когда Nitsa начал букинг иностранных диджеев, не было ни одного другого клуба, который бы делал это на еженедельном уровне, — вспоминает Фра Солер aka DJ Fra, главный букинг-агент и резидент Nitsa | Astin. — Тогда мы указали путь множеству других клубов Испании и определили то, каким будет клаббинг в ближайшие 20 лет».

Первым удалось «привезти» Даррена Эмерсона из Underworld. За ним последовали Лоран Гарнье, Джефф Миллз, Ян Пули, Деррик Мэй и другие светила электроники, которые впоследствии играли в клубе регулярно. О том, насколько важным стало появление Nitsa в истории, повествуется в фильме «Nitsa 94/96: el giro electrónico» режиссера Алекса Хулии.

16. Практиковать эклектику в программе, демонстрируя срез актуальной музыки


 «Когда ты идешь в Nitsa, ты знаешь, почему ты туда идешь, — уверяет Наташа Бушон, стейдж-менеджер. — Это не только техно, это столько разных вещей, которые могут тронуть такую разную толпу. Думаю, мы очень эклектичны в нашей программе»

От самого индустриального техно до подлинного хауса, от электро до юкей-бейса, от экспериментальной электроники до «махровой» классики диско — за две декады чего только не играли в Nitsa. Клуб всегда отслеживал тенденции здесь и сейчас, часто предоставляя сцену новаторскому звучанию на пороге взрыва его популярности. Сложно вспомнить имя из эшелона признанных во всем мире артистов, которые не отыграли бы здесь диджей-сет или лайв в разные времена

Вдобавок, Nitsa | Astin сотрудничает со знаменитым Primavera Sound в периоды проведения фестиваля, а также стримит сеты с клубных вечеринок на Radio Primavera Sound.

17. Обеспечивать защиту от сексуальных домогательств и насилия


Apolo и вместе с ним Nitsa придерживаются протокола «No Callem» или «Мы не будем молчать» в рамках кампании против сексуального посягательства и домогательства в частных местах ночного отдыха, запущенной Городским советом Барселоны в 2018 году. Сотрудники Nitsa х Apolo обучены предупреждать и пресекать случаи агрессивного поведения согласно протоколу. «Мы не допустим харрасмента или насилия, недозволенных прикосновений или чего-либо еще, что демонстрирует неуважение по отношению к женщине или мужчине, — уверяет Найа Ласа, офис-менеджер Sala Apolo. — Мы хотим, чтобы здесь люди чувствовали себя в безопасности».

18. Вдохновиться клубным вайбом Берлина


Николас Матар, один из трех сооснователей Output, рассказал, что нью-йоркский клуб был в первую очередь вдохновлен техно-вайбом столицы Германии:

«Я начал проводить время в Берлине, ходил в Berghain и Panorama Bar, в которых действует запрет на фотосъемку. Это мне немного напомнило, какими были олдскульные клубы Нью-Йорка. Люди присутствуют, они там, чтобы танцевать и просто быть в моменте. Тогда я вдохновился создать нечто подобное».

В январе 2013 года освещенный неоном бункер, напоминающий электростанцию, начал собирать в Уильямсбурге техно- и хаус-гиков со всего Нью-Йорка.

19. Построить дружеские отношения с Funktion-One


Output стал шоукейсом уникальной саунд-системы Funktion-One — совершенно новой на 2013 год технологии, установка которой потребовала проектирования каждого метра пространства в помещении. Клубу выпала честь использовать прототипы оборудования, которое еще нигде никогда не использовалось, а после досталось лишь еще одному заведению на территории США.

«Я сформировал особые отношения с Funktion-One 16 лет назад, — вспоминает Матар. — Мой предыдущий клуб Cielo был первой инсталляцией для Funktion-One в Северной Америке. Он был буквально построен вокруг звука и танцпола».

20. Стать первым настоящим клубом в Бруклине


На момент открытия Output клаббинг «рафинированного» Манхеттена почти что умер, а индустриальный Бруклин только оживал на каких-то DIY-вечеринках в «заброшках». Output стал первым лицензированным альтернативным клубом в районе.

«Миссией было создать достойный дом для музыкально-ориентированного андеграунда, который вытеснили богатство и одержимая „звездами“ ночная жизнь Манхэттена», — заявили основатели Матар, Питтман и Шварц. Честный, лаконичный, олдскульный клуб стал первым в Северной Америке, где действовал запрет на фото- и видеосъемку.

«Output открыт для всех, но он не для каждого», — гласило описание на странице Facebook. Здесь поощрялись «уважение, самообладание, благоразумие, танцы». Не приветствовались «эгоцентричность, излишество, отвлечение (видимо, от музыки), сотовые телефоны на танцполе, светящиеся палочки».

Тот, кто покидал стены клуба, уже не мог вернуться внутрь текущей ночью. Резерв столиков отсутствовал, бар — базовый, по умеренным ценам. И дресс-кода никакого не было, разве что метафорический «Бруклин — это новый черный».

21. Раскачать андеграундную сцену в округе


Output послужил импульсом для стремительного расцвета андеграундной сцены района. «Мы прошли путь от единственного клуба в Уильямсбурге, когда открылись 6 лет назад, до момента, когда у нас появились дюжины конкурентов в Бруклине», — комментирует Николас Матар.

Хотя Output практически отсутствовал в медиа, весь город его знал, любил и уважал за «привозы» артистов, которые вызывали у людей чуть ли не благоговение. Джорджо Мородер, Джеймс Мерфи из LCD Soundsystem, Лоран Гарнье, Сет Трокслер, Ричи Хоутин, Крис Либинг, Джейми Джоунс, Gesaffelstein, Джеймс Блейк, Prins Thomas, The Martinez Brothers, Джон Дигуид, Николь Маудабер — высокая планка для молодой клубной среды. Наряду с иконами на главном танцполе, альтернативное и более экспериментальное звучание предлагала «интимная боковая комната» клуба — The Panther Room.

Сезонной жемчужиной Output был танцпол на крыше, где прошли одни из самых запоминающихся вечеринок Нью-Йорка. В 2018 году Output также выбирался на другие локации в рамках серии ивентов Outpost, тем самым просвещая еще больше клабберов «Большого яблока».

22. Наладить близость между людьми и подарить им душевные воспоминания


Кто-то повстречал на танцполе Output будущих супругов. Кому-то диджей Дюк Дюмонт по доброте душевной устроил экстра-«проходки», потому что билетов на вечеринку не осталось. Некоторым посчастливилось в непринужденной обстановке потусить с такими легендами, как Нил Роджерс, Рэйчел Аткинсон или Карл Кокс. Другим — разделить веганский торт с Крисом Либингом, врученный ему на день рождения в 2014 году. «Техно и торт на завтрак — что может быть круче?», — комментирует Майки Чионг, которому тогда достался кусок на танцполе. Некоторые из историй завсегдатаев Output опубликовал The New York Times в статье, посвященной «любимому ночному клубу Бруклина».

23. Не идти на компромиссы


В январе 2019 года основатели Output объявили о закрытии. На тот момент клубный Бруклин уже расцвел в полную силу, что привело к перенасыщению в этой сфере и означало конкурентную гонку для Output, некие преобразования из необходимости, а не по желанию.

«Мы никогда не хотели идти на компромисс, поэтому решили по собственной воле закрыть клуб, — заключает Николас Матар. — То, что раньше было индустриальной зоной, где артисты, художники могли недорого жить, теперь заполнилось элитной розничной торговлей. Ты начинаешь получать жалобы на шум, в частности, в сезон вечеринок на крыше. А крыша была настоящей дойной коровой для Output, и без нее наша бизнес-модель стала экономически недееспособной… Это типичная история джентрификации в больших городах».

Отказавшись идти на поводу у рыночной системы, владельцы клуба записали его в историю аутентичным и веховым для своего города и периода. Output «догорел» ярко в новогоднюю ночь под 10-часовой сет Джона Дигвида.


Коллекция True Music Series: The Clubs Collection уже доступна в Украине 

КУПИТЬ 

Материал подготовлен при поддержке 


Следите за DTF Magazine в Facebook, Instagram, Twitter и Telegram

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

DTF Special