Путь Rosalía: Почему к иконе уличного фламенко есть вопросы

Начав с камерных концертов по канону фламенко, Rosalía всего за несколько лет перешла в разряд иконы поп-музыки. Можно поспорить, не потеряла ли она чего-то по пути. Но если смотреть на ее творчество как на постоянную практику экспериментов, то все ее шаги складываются в определенную, вполне целостную картину. Rosalía обучалась традиционной испанской музыке и получила академическое образование. Но она впитала еще и дух девяностых и нулевых, что объясняет заигрывания с разными жанрами, активный продакшен и неоднозначные коллаборации 

Обучение

Обучение

Взлет Rosalía нельзя назвать чем-то неожиданным: она немало потрудилась для этого. Начала заниматься музыкой подростком и посвятила академическому образованию около десяти лет. С шестнадцати пела в небольших барах Барселоны, на свадьбах и «везде, куда пустят». В одном из интервью она признается, что родители всегда ей говорили: «Ты можешь делать все, что хочешь, но убедись в том, что пройдешь путь полностью».

Rosalía училась в Каталонском музыкальном колледже по программе фламенко, куда берут только одного человека в год.

«Петь фламенко — это как быть оперным певцом. Тебе нужно научиться это делать. Фламенко — темное. Оно о трагедии и интенсивности», — рассказывала она в интервью.

Los Ángeles: уличное фламенко

Los Ángeles: уличное фламенко

В 2017 году, уже заканчивая колледж, Rosalía выпустила дебютный альбом Los Ángeles. Он звучит в духе традиционного фламенко, но написанного в наше время. Здесь еще не чувствуется продакшен: голос Rosalía сопровождается только игрой на гитаре в исполнении Рауля Рефри.

Отдельного внимания заслуживала эстетика. Клип к одному из самых примечательных треков De Plata хорошо иллюстрирует курс Rosalía — фламенко на улицах. Собранные в хвост черные волосы, золотые серьги-кольца в ушах, красная помада и длинные ногти — этот образ приобретает более выраженный характер во втором альбоме.

«Я хочу быть традиционной, но все же не старой», — признавалась Rosalía. И если сам альбом звучит вне времени, то продакшен клипов точно говорит о сегодняшнем дне.

На концертах периода Los Ángeles Rosalía пела сидя, как того требует традиция фламенко. Но уже на этих лайвах было заметно, как много в ее выступлениях значат движения. Силе, с которой она пела, явно нужен был выход еще и через танец.

Знакомая с движениями фламенко, во время учебы она откладывала обучение хореографии. Когда же появился запрос на постановку шоу, Rosalía связалась с Charm La’Donna — хореографом, работавшей с Мадонной и Бритни Спирс, просто написав: «Это все, что я могу тебе заплатить».

Но Charm La’Donna согласилась и приехала в Испанию, объяснив, что следовала голосу Бога. В интервью для Billboard Rosalía поделилась мыслями, которые посещали ее во время работы с Charm La’Donna: она хотела посадить хореографа в одну комнату с Аной Нунес — танцовщицей фламенко из Барселоны, у которой ранее училась. Rosalía держала в голове техники двух своих учительниц, когда создавала живое выступление, где фламенко сочеталось с городской музыкой.

El Mal Querer: корни, влияния, образ

El Mal Querer: корни, влияния, образ

Первым из второго альбома El Mal Querer вышел Malamente — трек с неровным битом и семплами, поверх которых время от времени настилаются характерные для фламенко хлопки в ладони и прищелкивания пальцами. Сопродюсером стал электронный музыкант El Guincho, чье влияние заметно во всем втором альбоме Rosalía.

Текст песни скорее передает настроение, чем рассказывает историю, а повторяющееся слово malamente («плохо») надолго оставляет трек в голове. Эффект усиливается клипом, количество просмотров которого довольно быстро перевалило за миллион (а теперь — за 137 миллионов).

Никого как будто не беспокоит, на каком языке поет Rosalía. А она продолжает писать песни на родном испанском во втором альбоме El Mal Querer. 

Ее отец — андалузец, мать — каталонка. Несмотря на то что Rosalía прекрасно владеет обоими языками, она выбрала именно испанский, чтобы ее могли услышать и понять как можно больше людей в мире. Хорошо владея и английским, она редко использует его в своих песнях, предпочитая говорить о чувствах на родном языке.

Альбом El Mal Querer получился концептуальным и хорошо продуманным посланием. Это заметно даже по обложке. Парящая в облаках певица похожа на Деву. И символ кажется не таким уж недвусмысленным, учитывая, как называет Rosalía ее команда — Diasolia, — это сочетание ее имени со словом dia («богиня»).

Альбом начинался как дипломная работа и основан на новелле тринадцатого столетия «Фламенка». Именно поэтому треки здесь пронумерованы как разделы. «Фламенка» — пример куртуазного романа, в центре которого — образ хитрой и влиятельной женщины. Это перекликается и с обложкой, и с тем, как позиционирует себя сама Rosalía: «Мой приоритет — всегда воплощать образ сильной женщины. Когда я работаю над монтажом клипов, для меня всегда важнее передать ощущение силы, чем красиво выглядеть в кадре».

И, кажется, об этом весь El Mal Querer — о силе женщины. Где-то сумасшедшей, где-то темной и злой, но абсолютно неисчерпаемой.

Контрасты

Контрасты

Почти все интервью и материалы о Rosalía начинаются с описания того, как она выглядит. В каком-то смысле ее творчество представляет собой коллаж.

Музыка — это центр, но для Rosalía важен и внешний вид: какими будут хореография, визуальный ряд концертов и клипы. И в то же время это сочетание контрастов. Традиция фламенко и румбы в комбинации с хип-хопом, R’n’B и реггетоном. Локальный дух и глобализированный интернет. Женское и мужское начало в сочетании двух исполнителей фламенко, вдохновлявших Rosalía, — Лоле Флорес и Камароне де ла Исла.

Кстати, помимо музыкального влияния, Rosalía переняла у Флорес еще и манеру ярко одеваться и эпатировать публику. Песню именно этой певицы и танцовщицы Rosalía спела вместе с Пенелопой Крус в фильме Альмодовара «Боль и слава» 2019 года.

Все это словно находит свое отражение в одной фразе Rosalía:

«Я люблю длинные ногти. Мне кажется, это что-то красивое и в то же время это оружие».

Rosalía и Пенелопа Крус исполняет песню Лоле Флорес
Оригинальное исполнение песни 

Вместо того чтобы слепо следовать традиции, Rosalía пробует адаптировать ее к своему поколению и времени. Именно потому пальмас (хлопками в ладони) и питос (прищелкиваниями пальцами) идут вместе с синкопированными ритмами, дерзкими битами и семплами из рева мотоцикла (в DE AQUI NO SALES).

Вот мы слышим интерпретацию фольклорной песни La Llorona о матери, утопившей своих детей в отместку неверному мужу. А вот нотки Cry Me a River Джастина Тимберлейка в Bagdad. Вот пронзительная De Plata — любовное послание с трагическим флером. А вот весьма нелепый трек Fucking Money Man на каталонском, повлекший скандал за использование испанских слов.

Для тех, кто знает Rosalía с первого альбома, El Mal Querer и все, что было после него, кажется более поверхностным, чем Los Ángeles. Тем, кто зашел со второго, не знакома глубина, которой обладают не только голос и образ певицы, но и ее трогательная лирика.

Rosalía удается совмещать в себе ту самую сильную женщину и непосредственного игривого ребенка. Это особенно заметно в ролике для W Magazine, где она демонстрирует диапазон звуков, которые любит производить с помощью ладоней, пальцев, ногтей и колец.

Коллаборации

Коллаборации

В коллаборациях Rosalía куда больше уходит в картинку, которая кажется местами вторичной и скучной в музыкальном плане. Это касается ее совместных треков с Трэвисом Скоттом, Ozuna и J Balvin. Даже в видео к этим синглам у нее второстепенная, подыгрывающая роль — скорее декорации, чем самодостаточного элемента.

Возможно, одна из лучших ее коллабораций — трек с Джеймсом Блейком Barefoot in the Park. Он не демонстрирует особенных вокальных способностей Rosalía, но по звучанию ближе к первому альбому, особенно что касается мягкости и лиризма.

То же самое можно сказать и о записанной на карантине нежной синтовой интерпретации фольклорной песни La Llorona. Она отличается от всех последних релизов Rosalía. В ней снова появляются живость, глубина и содержательность, которых не хватает в коллаборациях. Она опровергает гипотезу о том, что Rosalía превратилась в некий концепт, и возвращает ощущение, что каждая ее работа — это просто эксперимент, желание делать то, что хочется, без оглядки на уже сложившиеся образ и подход.

Именно из-за этой постоянной трансформации и контрастов за Rosalía интересно наблюдать: потому что не знаешь, чего ждать дальше. Несмотря на то что не все ее эксперименты интересны, каждый ее шаг по-прежнему приковывает внимание.

Трогательные разговоры с аудиторией на каждом концерте, постановки с несколькими десятками танцоров, вокалистов и вокалисток, щелчками пальцами и хлопками в ладони на весь концертный зал и безумный голос Rosalía, а также ее сумасшедшая работоспособность не оставляют сомнения, что от нее стоит ожидать еще много захватывающего.


Иллюстрации: Настя Сорожинская

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

София Швагер