Как Фрэнк Оушен записал лучший альбом десятилетия

Подводя итоги 2010-х, издание Pitchfork назвало Blonde Фрэнка Оушена лучшим альбомом десятилетия. Но даже такой громкий титул мало говорит о влиянии Фрэнка. Он изменил отношение к квирам в хип-хопе, задал тренд на смешение пения с речитативом, вырастил новое поколение артистов — от трогательной SZA до дерзкого Playboi Carti. И постоянно исчезал, возвращаясь в самые нужные моменты.

DTF Magazine рассказывает о феномене одного из самых загадочных артистов современности и о том, как застенчивый Кристофер Бро превратился в Фрэнка Оушена и записал альбом десятилетия

Этот текст также доступен в формате подкаста. Послушать его можно тут:

Кристофер Бро и побег из Нового Орлеана

Кристофер Бро и побег из Нового Орлеана

Кристофер Эдвин Бро родился в городе Лонг-Бич в Калифорнии, но в пять лет вместе с семьей переехал в Новый Орлеан, где и провел детство. Он рос без отца, который бросил их с матерью, когда Крису исполнилось шесть. Отключения воды и электричества из-за долгов стали для семьи Бро обыденностью, а матери приходилось трудиться за двоих.

Фрэнк и его мама (справа)

Роль отца Кристофера взял на себя его дедушка, у которого были проблемы с крэком, героином и алкоголем. Рождение внука стало для него шансом начать новую жизнь: он записался в клубы анонимных алкоголиков и наркоманов, а вскоре стал в них ментором и иногда брал Криса на собрания.

Но чаще всего парень был сам по себе. Его не раз исключали из школы, и матери приходилось постоянно искать новую. В 2015 году он признается, что подрабатывал, продавая крэк и кокаин.

«Казалось, меня отстраняли от занятий каждые пять минут. До тех пор, пока я не загорелся идеей начать музыкальную карьеру. Интерес к музыке пробудил во мне другую ментальность. Кажется, это было связано с переходным возрастом, потому что я стал очень спокойным. У меня все еще был хаос внутри, но я больше не показывал этого», — вспоминал Крис.

Интерес к музыке передался Кристоферу от родителей, а также от многочисленных дядюшек, тетушек и друзей семьи, живших по соседству. Парню казалось, что музыка в их домах была всегда и везде: «Джери Роско, близкая подруга моей мамы, впервые включила мне Принса… Когда мне было 10 или 11 лет, я звонил ей по телефону и напевал придуманные мной песни. Она поддерживала меня и позволяла чувствовать себя особенным, что, как мне кажется, необходимо каждому человеку на определенных этапах жизни».

В машине его матери тоже постоянно играла музыка: Уитни Хьюстон, Мэрайя Кэри, Анита Бейкер, — но поначалу она не относилась к увлечению сына с оптимизмом: «Мой отец был музыкантом, и мама говорила: „Ты действительно хочешь пойти по стопам этого придурка? Возможно, тебе лучше учиться на юриста“».

Но в музыкальной карьере Крис видел способ покончить с бедностью и стать свободным. В 2005 году, после того как Новый Орлеан накрыл ураган «Катрина», он собрал свои демозаписи, взял накопленную тысячу долларов, сел в машину и уехал в Лос-Анджелес на поиски студии.

Лонни Бро и коллекция демок

Лонни Бро и коллекция демок

В Лос-Анджелесе Крис планировал пробыть шесть недель, но задержался на шесть лет. Он сразу нашел подходящую студию, но для ее аренды приходилось трудиться на нескольких работах. «Я работал в FedEx, закусочных Kinko’s, Fatburger, Subway — был там артистом по сэндвичам, — отшучивался Крис. — А еще был страховщиком».

Поначалу Кристофер записывал треки для себя, но понял, что еще недостаточно опытен для сольной карьеры и не сможет этим зарабатывать. Поэтому он влился в локальную тусовку продюсеров-сонграйтеров, начал учиться, а заодно записывать демо-треки для Джастина Бибера, Usher, Джона Ледженда и других поп-певцов.

Влиться в тусовку помогла случайная встреча. Однажды он оставил сумку с ноутбуком у друга, а тот предложил забрать ее в студии, где в тот день собрались местные продюсеры и сонграйтеры.

«Все достают ноуты, подключают их к здоровенным колонкам и включают свою музыку. Мне тоже предложили включить трек. Они слушают и говорят: „П*здец! Тебе стоит приходить сюда записываться“. Что я в итоге и сделал. Часами сидел в комнатах, но поначалу не мог придумать достаточно хорошие строчки. Думал: „Мне нужно поднять планку“», — вспоминает Кристофер. И добавляет, что та встреча буквально спасла его, ведь раньше за аренду студии приходилось платить.

В тот же период он начал писать треки под псевдонимом Лонни Бро. Лонни — сокращение от Лайонел — так звали дедушку Криса, который стал для него вторым отцом. Участники продюсерского дуэта MIDI Mafia рассказали, что он мог до утра засиживаться в студии, доводя до идеала даже те песни, которые предназначались не для него.

Одним из таких треков стал Quickly. MIDI Mafia вспоминают, как закончили работу над песней в пять утра. Когда ее услышал Джон Ледженд, он тут же остановил мастеринг нового альбома, который уже готовились отправлять в тираж. Этот же трек хотели забрать Usher и певица Brandy, но он все же достался Ледженду. Так произошло и с треком Bigger, который вошел в альбом Джастина Бибера My World.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Тем временем самому Лонни все еще чего-то не хватало. Он искал катализатор, который подтолкнет его к записи личных треков. И им стала первая настоящая любовь: «До этого я не переживал что-то эмоциональное. Никогда не влюблялся, никто не разбивал мне сердце. Когда это случилось, все изменилось. Это сделало меня настоящим артистом… Теперь мне было что сказать».

Когда треки за авторством Лонни получили известные музыканты, его заметил лейбл Def Jam. Ему казалось, что это уж точно поможет продвижению карьеры, и в 2009-м подписал контракт. Но лейбл не обращал на него внимания еще два года.

Фрэнк, Тайлер, Syd (справа от Фрэнка) и остальная команда Odd Future

Зато через год он встретил Tyler, The Creator и сумасшедшую команду Odd Future, а общие интересы тут же сплотили Лонни и Тайлера. Это также подтолкнуло Лонни к новым попыткам записывать сольные треки. Одним из них стал Acura Integurl, отсылающий к модели его первого автомобиля.

«Когда я наиграл мелодию для Acura Integurl, он сразу попросил скинуть запись. Сказал, что хочет написать что-то под нее. Я согласился и просто свалил из комнаты: не хотел нарушать его настрой, — рассказывал продюсер трека Dre Knight. — Он забрал запись и ушел, пообещав вернуться через неделю».

Но через несколько дней трек вышел на портале Worldstar — под именем Фрэнка Оушена. «Мне звонит друг и говорит: „Там на Worldstar вышел клип какого-то Фрэнка Оушена, и трек звучит так, будто это твоя работа“,вспоминает Dre Knight. — Я загуглил Frank Ocean, включил видео и подумал: „П*здец, этот чувак украл трек Лонни…“ А потом понял, что этот Фрэнк Оушен и есть Лонни».

Как и в случае с треком, Лонни скрывал работу и над первым релизом, обманывая даже коллег. А затем случилось то, что, возможно, похоронило альбом Channel ORANGE в его начальном виде: кто-то слил в сеть сборник демо-записей Лонни. Этот сборник все еще можно найти под названием The Lonny Breaux Collection.

Кристофер Фрэнсис Оушен и его ностальгия

Кристофер Фрэнсис Оушен и его ностальгия

До того как стать Фрэнком Оушеном, Лонни было много других вариантов псевдонима, например JFK (инициалы 35-го президента США Джона Кеннеди). Кем в итоге стал Лонни Бро, до последнего не знал никто. 16 февраля 2011 года микстейп nostalgia, ULTRA без анонсов и промо вышел в Тамблере Фрэнка Оушена — его могли скачать все желающие.

В архиве были 14 треков, в которых Оушен использовал музыку и перепевал Coldplay, The Eagles, Radiohead, MGMT и других музыкантов. Именно поэтому Фрэнк выпустил его в обход лейбла, на который подписали не Оушена, а Лонни Бро. В самих треках он «зашил» множество поп-культурных отсылок — от фильмов Стэнли Кубрика до ретро-видеоигр вроде Street Fighter.

На обложке «Ностальгии» красовался оранжевый BMW E30 M3 — один из любимых автомобилей Фрэнка. В архиве также был файл с текстом «Спасибо богу, маме и каждому человеку, который помогал мне все эти годы».

После релиза артист признается, что «записывать проект было невероятно сложно», но именно этот процесс он оценил больше всего. А еще расскажет, что официально сменил имя на Кристофер Фрэнсис Оушен еще в 2010 году, в день своего рождения. Решение было вынужденным, но другого способа скрыть релиз от лейбла у него не было. Этот псевдоним — одновременный оммаж Фрэнку Синатре и оригинальному фильму «11 друзей Оушена».

Фрэнк и Канье в студии
Фрэнк и Бейонсе в студии

Микстейп почти моментально стал сенсацией. Пока Def Jam искал неизвестного артиста, nostalgia, ULTRA хвалили Канье Уэст, Jay-Z, Nas и Бейонсе. В том же году Канье и Джей работали над альбомом Watch The Throne. В лонгплее почти не было гостей, но Канье настолько понравилась музыка Фрэнка, что он предложил ему поработать вместе. В итоге Канье, Jay-Z и Фрэнк записали два сингла: No Church In The Wild и Made In America. В благодарность Канье предложил Оушену куплет для дебютного альбома, но Фрэнк отказался: сказал, что хочет «все сделать сам».

Тем временем по итогам года nostalgia, ULTRA попал в списки лучших релизов по версии изданий Pitchfork, Rolling Stone, Complex и The Guardian.

Фрэнк Оушен и дебют Channel ORANGE

Фрэнк Оушен и дебют Channel ORANGE

«Дайте мне миллион долларов, если хотите альбом», — сказал Фрэнк на встрече с лейблом уже после того, как выяснилось, куда пропал Лонни Бро. Работая над дебютником, Оушен не мог бесплатно сэмплировать других музыкантов, но, учитывая успех «Ностальгии», руководство Def Jam не могло отказать. И если nostalgia, ULTRA был разогревом, то в Channel ORANGE Фрэнк хотел задать новую планку и рассказать более личную историю.

Запись Channel ORANGE длилась всего две недели, куда больше времени ушло на сведение треков и составление цельной картинки. Тогда результат удовлетворил Фрэнка, но спустя семь лет он признает, что «конечный продукт все же не стал реалистичным отображением той борьбы», которая происходила в его жизни.

Channel ORANGE вышел через год после релиза nostalgia, ULTRA, но перед этим поводом заговорить о Фрэнке Оушене стало признание, опубликованное в Тамблере:

Фрэнк понимал, что признание в бисексуальности изменит отношение к нему, ведь даже среди близких, включая мать, кто-нибудь хоть раз говорил что-то гомофобное. Но он также понимал, что без признания не сможет быть честным. Да и вопросы журналистов о мужских местоимениях в треках ему надоели: «После одного из прослушиваний в Def Jam какой-то журналист написал об этом в рецензии. И я подумал: „Больше никаких тайн“». После публикации письма он почувствовал огромное облегчение и готовность наконец представить дебютный альбом.

«Некоторые говорили, что я рассказал о чувствах к парню ради хайпа. Как будто это тот хайп, который поможет тебе в хип-хопе и другой музыке темнокожих. Я знал, что если расскажу об этом, то следом должен выпустить один из величайших объектов искусства нашего поколения. И я это сделал. Почему я так в этом уверен? Потому что я е*ашил в поте лица. И та часть альбома, которая вам больше всего понравилась, была для меня самой легкой».

Впрочем, вышедший в июле 2012 года Channel ORANGE не стал самым откровенным релизом Фрэнка — скорее, мудбордом того, что происходило в его голове. Он так и не признается, где в этих историях правда и можно ли ассоциировать с лирическим героем его самого.

Критики хвалили альбом за совершенно новое, интимное звучание, совмещающее пение и речитатив, Фрэнка называли едва ли не новым Принсом или Стиви Уандером. А обозреватель Pitchfork в своей рецензии и вовсе написал: «Этот альбом уже звучит как классика».

Помимо еще большей славы и верхних строчек в рейтингах, Channel ORANGE принес Фрэнку и выступление на «Грэмми», где лонгплей номинировали в категории «Лучший урбан-альбом».

С той церемонии Оушен унес две статуэтки: в номинациях «Лучший урбан-альбом» и «Лучшая рэп-коллаборация» за трек с Канье и Jay-Z. А еще тонну критики за «не самое лучшее выступление». После церемонии Фрэнка ругали за выбор трека и качество выступления.

Через четыре года он припомнит критику руководству «Грэмми», но в 2013-м то выступление станет одним из его последних выходов на публику. Вскоре Фрэнк удалит соцсети (кроме Тамблера) и пропадет на три года, чтобы записать «лучший альбом десятилетия».

Фрэнк Оушен и музыкальная афера декады

Фрэнк Оушен и музыкальная афера декады

В августе 2016-го Оушен представил сразу два релиза. Визуальный Endless вышел эксклюзивно на Apple Music, а через день Фрэнк представил лонгплей Blonde уже как независимый артист. В дополнение к ним вышел зин Boys Don’t Cry, который раздавали бесплатно в попап-сторах в четырех городах США (а теперь перепродают от 600 $). И только после этого все начали узнавать, чем занимался Фрэнк в свое отсутствие.

Разворот журнала Boys Don’t Cry

Решив сбежать, Оушен собрал жесткие диски со всей музыкой, оставил Лос-Анджелес и переехал в Лондон, где на тот момент никого не знал. «Для меня это было чем-то вроде побега из горящего дома», — объяснял музыкант.

В Лондоне он сразу взялся за новый проект. Записывался в студии Abbey Road, где создавали свои альбомы The Beatles, а затем шел в клубы. На лондонских вечеринках он также познакомился с A$AP Rocky, который стал одним из его лучших друзей.

Параллельно с записями Фрэнк путешествовал и собирал материалы для Boys Don’t Cry. Побывал в Китае, где успел поработать с фотографом Рэном Хангом до его смерти. Был в Японии, где устраивал дрифт-заезды в гоночном комплексе. Ездил в Берлин, где в студии Вольфганга Тильманса снял ту самую обложку Blonde. Впервые побывал в Бергхайне, где познакомился с продюсером Vegyn, который вошел в постоянную команду Фрэнка. А еще, в 2015-м году, снова сменил имя, упростив его до Фрэнка Оушена.

Снимок Вольфганга Тильманса для обложки Blonde
Ранние фото журнала Boys Don’t Cry

Все это время он возил жесткие диски с альбомом в своем рюкзаке, не доверяя хранению онлайн: «Пусть лучше самолет взорвется и диски сгорят вместе со мной, чем кто-то выпустит бессмысленный посмертный релиз».

А еще Фрэнк регулярно объявлял дату выхода альбома, который сначала назывался Boys Don’t Cry, а затем переносил ее либо просто все игнорировал. Как оказалось, главная проблема с релизом заключалась в контракте с лейблом: все это время Фрэнк искал способ его расторгнуть: «На меня начал давить тот факт, что я отвечал за свой успех, но не получал львиную долю всей прибыли».

Чтобы покинуть лейбл, Оушен должен был выпустить на Def Jam еще один альбом. Но он не хотел отдавать им главный релиз — так появился план с одновременной записью двух проектов. Фрэнк полностью заменил команду: нанял новых менеджера и адвоката и начал переговоры с Def Jam. Он договорился, что за свои деньги выкупит мастер-копии треков, а взамен лейбл сможет взяться за дистрибуцию нового альбома.

План сработал — 19 августа на Def Jam вышел «подставной» визуальный альбом Endless. Правда, лейблу не досталось даже традиционное право дистрибуции: за эксклюзивную презентацию проекта отвечала Apple.

В 45-минутном ролике Фрэнк вручную строит лестницу под аккомпанемент отзвуков, эмбиентовых вставок, семиминутного техно-трека Вольфганга Тильманса, оды бренду Comme des Garçons, кавера на песню фанк-группы The Isley Brothers At Your Best и другой музыки, где его голос временами едва различим. 

И только медиа бросились разбирать Endless и писать о возвращении Фрэнка Оушена, как на следующий день вышел «независимый» Blonde, перетянувший на себя все внимание. В мире, где музыканты уровня Канье Уэста не могут расторгнуть контракт с лейблом, при этом сохранив права на свою музыку, это стало прецедентом. А фразу «I got two versions» фанаты Фрэнка вспомнят еще не раз.

Blonde дебютировал на первом месте в чарте Billboard и стал третьим самым кассовым альбомом года, уступив лишь Дрейку и Бейонсе. Но Фрэнку и не нужно было такого признания. В тот день он «проспал часов 15», а затем отправился в путешествие «в Китай, Японию, Океанию и Францию», оставив декодинг альбома слушателям.

Blonde определенно стал более личным, чем все предыдущие работы Оушена, а неуверенности и смущения здесь куда больше, чем в Channel ORANGE; кажется, будто в этом релизе Фрэнк деконструировал самого себя. Помимо Оушена, в записи участвовали Tyler, The Creator, Канье Уэст, Фаррелл Уильямс, Рик Рубин, Джеймс Блейк и Янг Лин. Правда, все отсылки разгадать не получилось до сих пор.

«Это была моя версия коллажа, — объяснит позже Фрэнк. — Иногда мы воспринимаем память нелинейно. Мы не рассказываем истории сами себе, мы знаем эти истории, просто видим их в виде наложенных вспышек».

Альбом снова возглавил рейтинги года, критики называли его «ювелирной работой» и «одной из лучших записей за все время». По итогам уходящей декады Pitchfork и вовсе назовет Blonde «главным альбомом десятилетия», а The Wall Street Journal напишет: «Фрэнк Оушен тихо правил этой декадой».

Но на грядущей «Грэмми» в 2017-м Blonde не получил ни одной номинации. В сторону академии посыпалась критика и недовольство. Как выяснилось, альбом решил не выдвигать сам Оушен: «Эта институция имеет разве что ностальгическое значение. Она недостаточно представляет таких, как я. Их системы награждения, номинации и отбора устарели. Так что я предпочту быть Колином Каперником, чем сидеть в зале».

На это ответили продюсеры «Грэмми» Кен Эрлих и Дэвид Уайлд, заявив, что, скорее всего, отказ Оушена связан с провальным выступлением в 2013 году. Чем еще больше разозлили артиста: «Мое выступление на „Грэмми“ было дерьмовым. Спасибо, что напомнили. На*уй это выступление. Думаете, оно стало причиной не выдвигаться на „Грэмми“? Вам не кажется, что если бы я так считал, то хотел бы выступить снова, чтобы исправить ту ситуацию? Победа на ТВ не сделает меня успешным… Знаете, что такое „плохое ТВ“? Когда альбомом года становится 1989 Тейлор Свифт, а не To Pimp A Butterfly Кендрика Ламара».

Вместо визитов на церемонии Оушен анонсировал тур по крупнейшим фестивалям мира, а до его начала запустил радиостанцию на Apple Music, где спонтанно включал новые треки. Затем наступило лето, и фанатам Оушена пришлось привыкать к новым переносам: первые три концерта отменили буквально в день выступления. То ли по техническим причинам, то ли из-за неготовности Фрэнка он вышел на сцену лишь в четвертом шоу.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Одним из самых трогательных моментов тура стал выход на сцену Брэда Питта на одном из концертов. Актер сидел на сцене, приложив к уху телефон, имитируя разговор с Оушеном. В интервью Питт признается, что песни Фрэнка помогли ему пережить расставание с Анджелиной Джоли.

Закончив тур, Оушен написал эссе, которое подытожил строчками: «Если вам понравился 2017-й, то вы полюбите и 2018-й». А затем снова пропал почти на два года.
Фрэнк (второй слева), Vegyn (четвертый) и другие члены команды во время тура

Фрэнк Оушен и разбитое сердце

Фрэнк Оушен и разбитое сердце

Когда Фрэнк Оушен пропадал раньше, то связывался с фанатами только через Тамблер. Но после релиза Blonde у него была целая радиостанция. Он не пропал насовсем: возвращался в эфир, сделал специальный плейлист для игры GTA V и записал куплеты для альбомов A$AP Rocky и Трэвиса Скотта.

Его очередной камбэк случился в ноябре 2018-го: Фрэнк вернулся на радио, чтобы привлечь внимание к промежуточным выборам в США. Затем выяснилось, что у Фрэнка был закрытый Инстаграм. Когда Оушен сделал его публичным, фанаты увидели фото из путешествий, визит в тоннель Hyperloop Илона Маска, увидели бэкстейдж Endless и тура Blonde и узнали, что он все-таки скучает по выступлениям.

Снимок, которым Фрэнк отметил открытие своего Инстаграма
Бекстейдж со съемок Endless

«Я ощущал диссонанс между тем, каким меня видели люди, и тем, кем я был на самом деле. Мне хотелось диалога, — объяснял Оушен. — Представление обо мне как о затворнике абсурдно, ведь я все время на улицах, постоянно путешествую».

2019-й стал подтверждением: за этот год Фрэнк дал едва ли не больше интервью, чем за всю свою карьеру, и, конечно же, намекнул на новый альбом. Из интервью выяснилось, что следующий альбом может быть еще более экспериментальным: «Я интересуюсь клубной культурой и ночной жизнью, музыкальными сценами Детройта, Чикаго, техно, хаусом, французской электронной музыкой».

Кульминацией публичности стал анонс серии вечеринок PrEP+. Ее название отсылало к методу профилактики ВИЧ, а сами ивенты Оушен посвятил клубной сцене Нью-Йорка 1980-х и тому, как могли бы проходить квир-вечеринки, если бы PrEP изобрели тогда.

Вместе с вечеринками вернулись новые выпуски blondedRADIO и новые треки — фанаты заговорили о следующем альбоме, разбирая обложки и выискивая отсылки. Их вера укрепилась еще больше, когда в начале 2020-го Оушена объявили хедлайнером «Коачеллы». Но когда казалось, что все идет по плану, наступила пандемия COVID-19.

Первым тревожным звонком стала отмена вечеринок, это случилось еще до пандемии. Затем начались перебои с поставками мерча. Когда команда Оушена пропустила все дедлайны по рассылке, фанаты обвинили Фрэнка в нарушении потребительских прав и пригрозили жалобой в Федеральную торговую комиссию США. Реакцией стало молчаливое обновление дат новых поставок, но многие фанаты до сих пор ждут пластинки и мерч, которые должны были получить весной. Обновления в Инстаграме артиста тоже стали все реже, пока и вовсе не прекратились. В Реддите Фрэнка шутили, что это он придумал коронавирус, чтобы не выпускать альбом.

А затем, в ночь на 3 августа 2020 года младший брат Оушена, Райан Бро, погиб в автокатастрофе. Райан и Фрэнк были очень близки: брат был в студии на записях Blonde, а в конце трека Futura Free можно услышать его мини-интервью. Фрэнк же говорил, что «если бы ему не удалось воплотить свои планы», то брат «удвоил бы его шансы».

Фрэнк и Райан

В репортаже с места аварии фанаты увидели музыканта, сидящего на обочине. Уже тогда стало ясно, что дальше случится одно из двух: реакция на трагедию в виде возможного альбома или же новый период молчания — без интервью, вечеринок и синглов. На момент публикации материала Фрэнк все еще никак не комментировал смерть брата публично. Видимо, нужный момент в его вселенной еще не наступил.


Иллюстрации и обложка: Мая Нгуен специально для DTF Magazine

Следите за DTF Magazine в FacebookInstagram, Twitter и Telegram

Андрей Мажар