Мишель и Николь Фельдман — стрит-арт-художницы, заявившие о себе четыре года назад серией граффити на стенах Киева. У Фельдман уже сложился собственный стиль, их работы легко узнать по яркости красок, «мультяшности» и подписи «Sestry Feldman».
Маша Глазунова по просьбе DTF Magazine встретилась с художницами и узнала, из чего состоят сестры Фельдман
Николь: Нас назвали Мишель и Николь потому, что эти имена приснились маме.
Нас тоже жестко вдохновляют сны. Сны — это единственное место, где можно взять информацию, которая будет лично твоей, продуктом твоего мозга.
Мишель: Сон — это не просто перезагрузка мозга.
Николь: Я думаю, это параллельная жизнь, которую мы проживаем, пока спим.
Николь: Мы не ходили в обычную школу, учились дома. К нам приходили преподаватели по важным предметам: математике, физике и прочим. Но в основном мы занимались музыкой, спортом, живописью. Всем, чем нравится.
Мишель: Это благодаря родителям. Они сами прогуливали школу.
Николь: Наша мама — писательница, журналист, художник, занимается уймой вещей. Папа — изобретатель, работает над мобильными домами — домами-конструкторами, которые могут путешествовать по миру. С виду это стандартный контейнер. Такая форма была выбрана для того, чтобы дом с легкостью можно было перевезти на любом грузовом транспорте: самолете, пароходе, барже и так далее. Когда контейнер раскладывается, дом становится в четыре раза больше. Кроме того, к нему можно докупить второй этаж.
КАК ВСЕ НАЧАЛОСЬ
Мишель: Мы переехали из Днепра в Киев три года назад. Каждый год после дня рождения мы по традиции приезжали в Киев на Международный день скейтбординга. Это событие, на котором 500—600 человек из разных концов Украины собираются вместе и едут по даунхиллу.
Киев такой офигенный, что захотелось остаться. Четыре или пять месяцев мы жили в хостеле на «Олимпийской». Но там было мало места, невозможно рисовать. Так что мы решили выйти на улицу. Первым местом, которое мы забомбили, стал подземный переход на Европейской площади [Фельдман устроили себе целую картинную галерею на стенах. — DTF].
Николь: Однажды прохожий сказал, что наш стрит-арт — это «мини-муральчики».
Мишель: Сложно сказать, сколько сейчас по городу наших картинок. Их постоянно закрашивают.
Николь: Но мы не волнуемся насчет уничтожения наших работ. Это же стрит-арт. Они легко появляются, так же легко исчезают.
Недалеко от нашего дома на стене была нарисована огромная кружка пива с пеной. Это был суперпошлый, ужасно некрасивый рисунок. Бесил он страшно. Тогда мы его переделали: кружка стала вулканом, а пена — извержением. После этого я поняла, что хочу видеть город таким, как я хочу. Как и свою квартиру, тело, одежду — адаптировать все под себя. Конечно, не факт, что это всем понравится.
В Facebook мы особо не напрягаемся, пытаемся что-то делать в Instagram. Наши соцсети — это улицы, стены. Там намного лучше общение. Бывает, нам оставляют «ответочки» под рисунками.
ЧЕМ ЗАРАБАТЫВАЮТ НА ЖИЗНЬ
Мишель: У нас всегда была цель — зарабатывать тем, что нравится.
Николь: По-другому просто не умеем. Мы нигде не работали. Один раз оказались в неприятной ситуации. Миша сломала бедро, а заказов не было, налички — 50 гривен. Я зашла в кофейню по соседству, договорилась, что уже на следующий день выйду на стажировку. В 8 утра! Утром просыпаюсь, ненавижу свою жизнь. Смотрю в сообщения — за ночь пришли три заказа. Так я не пошла на работу.
Мишель: Нас все время что-то спасает от рутины.
Николь: Поступают самые разные заказы: картины, роспись стен, иллюстрации для книг, эскизы татуировок, одежда. Из последнего, заметного — на Strichka расписывали стену, делали витражи.
В прошлом году Миша ездила в Прагу делать клип для группы Risin Sabotage, киевский психоделик-рок. Это стоп-моушен-анимация (каждый кадр фотографировался отдельно), все игрушки сделаны из бумаги на проволоках. Задний фон рисуется отдельно и потом подставляется.
Мишель: Risin Sabotage — мои друзья, потому я согласилась работать по бартеру. Они мне Прагу, я им — клип. У меня на все было две недели, из мастерской не вылезала. Это очень крутое место, настоящая анимационная мастерская, где выпускники институтов работают над финальными работами. У нас в стране таких мощностей просто нет.
А примерно треть заказчиков к нам обращается потому, что они видели наши работы на стенах. Все остальные — знакомые знакомых, сарафанное радио.
ОБ ОТНОШЕНИЯХ С ПОЛИЦИЕЙ
Николь: Есть один рисунок на Подоле, за который нам стыдно. Не потому, что он плохой, а потому, что не успели его закончить. Мы рисовали на стене и вдруг почувствовали, что кто-то «палит» в спину. Я оборачиваюсь и вижу: за спиной стоят около 20 полицейских. Один из них говорит: «Мы все понимаем. Но может, не стоит рисовать на полицейском участке?»
Мишель: Мы часто проходим мимо этой недорисованной работы, она вызывает очень странные, смешанные чувства. Но уже ничего не поделаешь.
Николь: Теперь мы в основном рисуем по ночам. Но не потому, что боимся нарваться на полицию. Скорее, хотим избежать вопросов прохожих: «Что вы делаете?», «Что это значит?» и так далее.
Мишель: «А будет красиво?», «А если я вызову полицию?»... Это сильно напрягает.
Мы общаемся с полицией каждый день. Обычно им нравятся наши работы. Как-то мы пригласили парочку патрульных на Wassup [That’s Wassup — фестиваль уличной культуры. — DTF]. Пришли! Держали в руках стикеры, думая, что это пригласительные.
СОБЫТИЯ, КОТОРЫЕ ОНИ ОРГАНИЗОВЫВАЮТ
Николь: That’s Wassup мы делаем вместе с Богданом Кривошеем. Это новый формат тусовки, где объединяются все самые крутые вещи: искусство, музыка, скейт, кино, веганство. That's Wassup vol. 5 пройдет 15-16 сентября в Одессе.
В феврале мы делали совместное с 20ft Radio мероприятие в Plivka. Это была выставка-тусовка под названием Tirexxx. Пришло намного больше людей, чем мы ожидали. Понесся рейв, они начали срывать картины, кимоно. Пришлось срочно все эвакуировать, хоть мы уже были не в состоянии.
Фото сестер Фельдман — Анна Грабарская Фото работ Фельдман — Маша Глазунова
Другие герои рубрики Meet
Саша Грошевой, украинский скейтер из команды «РАССВЕТ» Гоши Рубчинского
Venya Son: Украинский иллюстратор и граффити-райтер
Артем Прут: «Малышек можно рисовать бесконечно, но мне надоело»
Леша Березовский. Ритм поколения в снимках киевского фотографа
Nazar Furyk. Наркотики, двіж і побутовий дзен
Подписывайтесь на DTF Magazine в Facebook, Instagram, Twitter и Telegram
Также подписывайтесь на нашу еженедельную рассылку на сайте







