«Пришел днем на лекцию, но не мог вспомнить, где вход». 6 историй о Нижнеюрковской

Ко Дню независимости немецкий бренд Jägermeister выпустил лимитированный дизайн бутылки со знаковыми для Украины местами. Среди них — Лентоткацкая фабрика на Нижнеюрковской, которая уже давно стала центром ночной жизни и локальной андеграундной сцены. Чаще всего это место ассоциируется с клубами и тусовщиками, но на самом деле за красными стенами уживаются очень разные проекты и пересекается столь же разнообразная публика.

Поэтому DTF Magazine и Jägermeister попросили поделиться своими историями о Нижнеюрковской двух артисток, фотографа, местного завхоза, клинера и художника по свету

Алина Паш

певица, соосновательница лейбла Bitanga Blood


Усі мої друзі знають, що на Нижньоюрківській зі мною сталося багато різних речей. Окрім Closer, там же ще купа гарних плейсів, як-от: 20ft Radio, фотостудія Loft 31, де в мене було багато фотосесій. Для мене це місце про арт і людей; воно схоже на ті, що я бачила в Барсі, у Парижі й особливо в Берліні.

Мені дуже подобається вайб фабрики — люди туди приходять, щоб танцювати душею та тілом, бути вільними. І мене там приймають. На мою думку, коли на це місце дивляться як на щось даркове, то проблема не в локації, а у світогляді. Бо я бачила там багато позитивного.

Пам’ятаю, як колись о 6-й ранку поверталася з вечірки в Closer і зустріла дуже цікавого дядька з рожевою бородою. Я не знала, хто це, але відразу зрозуміла, що хтось дуже особливий. Нас підвозив друг, я сиділа на задньому сидінні й розглядала його всю дорогу. Була трохи веселенька, тому бачила все дещо розмито, але він мені дуже-дуже сподобався.

І так сталося, що через кілька днів він опинився в мене вдома. Я тоді жила разом з подругою, і вона привела його, бо це був її давній друг, що мешкав по сусідству. Я писала музику, а він заходить і каже: «Можна я тут посиджу?» Я здивувалася, що це той самий дядько, але відповіла: «Сидіть». Відтоді ми з ним нерозлийвода вже три роки, разом працюємо і суперкласно дружимо. Це Валера Топал. І річницю знайомства ми щороку святкуємо в Closer.

Геннадий Лисовой

завхоз Closer

Років два тому мене попросили дещо зробити для Closer, з того й почалася наша співпраця. Наприклад, я облаштовував корабель на Причалі. Збирали ми його ще навесні, коли довкола було голо; а влітку все зазеленіло, туди почали приходити люди — цікаво було побачити, як оживає моя робота. З лютого працюю тут постійно — щось десь лагоджу, переробляю.

Це місце я бачив навіть у кіно, у якомусь французькому фільмі, де герой кілька разів проходив крізь арку біля Closer. За сюжетом дія мала відбуватись у Москві, але ж цей двір раз побачиш — і більше ні з чим не сплутаєш.

Торік три-чотири рази був на джазових концертах, мені подобалося. А ще люблю приходити сюди просто посидіти вранці в тиші, коли нікого немає і тільки пташки співають.

Запам’яталося, як перед Новим роком допомагав дівчатам з декором, бо це не абищо, а творча праця.

Дима Ромас

фотограф, сооснователь фотостудии Loft 31

Я еще застал те времена, когда здесь только создавались Otel’ и Closer, так что вся территория выглядела как одна большая стройка. И помню, как рядом с нами работала мастерская по изготовлению гробов. Частенько бывало, идешь в студию, а там большой свежий гроб стоит во дворе.

Вообще, история обитателей Нижнеюрковской интересная. Например, самым быстрым арендатором оказался участник группы «Руки’в Брюки», заехавший на место художественной мастерской «Охра». Он даже ремонт доделать не успел — и съехал. Хотя там не вышло бы сделать студию: слишком сыро в помещении, инструменты портятся.

В нижнем зале нашей студии когда-то работал один странный клуб с очень своеобразной публикой, вечно с ними какие-то неприятности были. Помню, там даже концерты горлового пения проходили. Мы, когда спустились смотреть помещение, увидели просто врата в преисподнюю. Люстра была сделана из аптечных баночек. Конечно, мы все вычистили, даже часть стен убрали, чтобы свет хоть как-то проникал туда. Кстати, у нас же в Loft 31 сохранилась стена, возведенная в самом начале строительства Лентоткацкой фабрики. Вот ее не трогали, как музейный экспонат.

Юрий Лифшиц

художник по свету

Последний год я успевал работать только на событиях Closer, но до этого и с Otel’ часто сотрудничал. Помню, как-то выхожу оттуда покурить и вижу, как полиция шмонает молодых ребят. Я за них стал впрягаться, и это все так надолго затянулось, что мне уже начал звонить организатор вечеринки, мол, куда я пропал. А меня уже самого чуть ли не пакуют. Но закончилось все хорошо: ребят в итоге оставили в покое, а я вернулся и объяснил, что пропал не потому, что такой плохой и забил на работу.

Часто бывало, что артисты, которых я хотел послушать, приезжали на вечеринку не в мой клуб, а в соседний. Приходилось тусить в одном и забегать послушать музыку в другой.

Из событий хорошо помню Black Factory, которые еще на Нижнеюрковской проходили, на третьем этаже Closer. Как-то работаю на одном из них, стою, свечу себе, никого не трогаю, а тут подходит какой-то странный чувак, спрашивает: «Ты делаешь свет?» Говорю: «Ну да, я. Не мешай». Он опять: «Классный свет!» Я: «Спасибо. Только не мешай». И тут он: «А под меня тоже будет хороший свет?» Я поднимаю взгляд и понимаю, что это следующий артист. В итоге свет на его выступлении ему понравился, а мы потом водку вместе пили в баре.

Еще из забавного могу рассказать, как однажды собрался с друзьями на лекцию в Closer. Я был единственным в компании, кто бывал там раньше, но при свете дня не смог вспомнить, где вход и как вообще меня на тот причал привозили.

Кристина Кирик

джазовая артистка, соосновательница платформы Uncovered

Студия на Нижнеюрковской у нас с друзьями не первая: зимой мы подселились к Rhythm Buro, занимались там продакшеном. Но мы искали себе помещение и увидели этот вариант в «Фейсбуке» в группе «Музыкальная барахолка». Пространство сдавал Андрей Савиных, который занимается акустикой и электронной музыкой.

Я договорилась о просмотре, он предупредил, что его самого на месте не будет, но строители мне все покажут. Тогда здесь все еще было в состоянии ремонта. И вот я прихожу, а меня встречает накрашенная блондинка по имени Артур, которая говорит, мол, я здесь парогенератор устанавливаю, а вы располагайтесь, сейчас все расскажу. В общем, сначала было непонятно, что здесь происходит, но общий язык мы нашли. И с Андреем позже познакомились, он нам сделал неоновую вывеску в форме кактуса, которая так нам понравилась, что стала логотипом проекта.

Интересно, что с фабрикой мы познакомились через Closer и Олю Бекенштейн. Она звала нас на свои джазовые четверги и на фестиваль Am I Jazz? выступать. Поэтому приятно, что студия нашлась именно здесь, ребята по соседству нам всегда помогают.

Изначально мы даже не понимали толком, чем здесь будем заниматься, хотели просто творить, общаться. Весной стали снимать видеоконцерты, а летом, когда карантин немного ослабили, начали проводить уличные мероприятия.

Ольга Косенко

клинер Closer

Коли прийшла сюди вперше, побачила, що територія велика й після вечірки сміття багато; подумала: «Боженьки, ну, сьогодні вже попрацюю і все». Але через деякий час знову зателефонувала Інна, попросила вийти на заміну, і я погодилася й другого разу. Відтоді вже п’ять років тут працюю.

Мені так подобається, що я навіть після прибирання можу залишитися ще години на дві просто так — посидіти, поспілкуватися. І атмосфера клуба, і колектив, і, здається, навіть повітря тут — приємні. Усі дуже ввічливі, ніхто ніколи не ставився до мене зверхньо. Я і в нічну зміну часто працюю; тож і молодь, що сюди постійно ходить, теж мене пам’ятає. Можуть підійти, подякувати чи навіть допомогти, сміття виносять.

Раніше я не розуміла такої музики, бо все-таки я старша; а тепер мені подобається. Я не запам’ятовую, як називаються ті артисти, що приїжджають, але інколи слухати їх справді приємно.

Дуже люблю, коли готуються до масштабних фестивалів — навколо ажіотаж, усі бігають, щось роблять, будують. А потім ввечері, саме на відкритті, то таку благодать відчуваєш, бо все — машина запустилася, гості приходять. Здавалось би, після кількох днів прибирання можна було б і втомитися, хотіти додому, але ж ні — навпаки, цікаво залишитися, подивитися, що буде далі.

«One World. One Jägermeister»

Лимитированный дизайн бутылки Jägermeister посвящен пяти знаковым символам украинских городов и регионов. Это Мерефо-Херсонский железнодорожный мост в Днепре, соединяющий два берега Днепра, Воронцовский маяк в Одессе, украинские Карпаты, киевский памятник гетману Богдану Хмельницкому — как символ смелости, а также Нижнеюрковская, 31 в Киеве. 

Лимитированная серия стала логическим продолжением линейки, посвященной таким городам, как Берлин, Амстердам, Копенгаген и другим. Как отмечает бренд, слоган серии «One World. One Jägermeister» акцентирует внимание на том, что, несмотря на уникальный дизайн, напиток остается неизменным во всем мире.

Чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью.

Материал подготовлен при поддержке


Следите за DTF Magazine в Facebook, Instagram, Twitter и Telegram

DTF Special