В Киеве покажут фильм о Марте Купер. Почему она легенда фотографии и что о ней нужно знать

Она вошла в число первых фотографов, снимавших жизнь нью-йоркских райтеров в 1970-х годах, попадала в места, недоступные другим фотографам, и документировала андеграундную жизнь, несмотря на то что тогда стрит-арт считался вандализмом и стоил ей работы в редакции New York Post.

14 сентября на фестивале don’t Take Fake мы совместно с Jameson и KyivMusicFilm устроим премьерный и эксклюзивный в Украине показ фильма Martha: A Picture Story, рассказывающий о жизни легенды стрит-фотографии. Это единственная возможность увидеть ленту на большом экране. Накануне премьеры DTF Magazine коротко рассказывает, что о Марте Купер

Отец Марты владел фотомагазином и с детства учил ее фотографировать. «Папа подарил мне первый фотоаппарат где-то в 1946 году, когда я еще ходила в детский сад, — вспоминает Марта. — Помню, как принесла его в садик, а воспитательница хотела его забрать, потому что не верила, что у маленького ребенка может быть такая сложная вещь».

Вместе с отцом они часто ходили на фотопрогулки, а по выходным выбирались на прогулки всей семьей, где Марта тоже не выпускала фотоаппарат из рук.

«Когда я осваивала фотоаппарат, отец дарил мне более сложную модель. В семь или восемь лет у меня уже был Duaflex»

В школьные времена Купер была президентом фотоклуба и свой выпускной тоже снимала самостоятельно.

Окончив школу, Марта уехала из родного Балтимора, поступила в Гриннеллский колледж на факультет искусств, а после выпуска работала в Йельском антропологическом музее.

Позже она записалась в волонтерский Корпус мира и уехала в Таиланд преподавать английский язык. А закончив преподавание, в одиночку выехала на мотоцикле из Бангкока и прибыла в Лондон, где училась в Оксфордском университете и получила диплом антрополога.

В Лондоне Марта тоже не задержалась надолго. В 1970 году она переехала в Японию, где начала практиковаться в роли фоторепортера.

Сюжетом для съемок Купер выбрала традиционные японские татуировки. Вот только в то время искусство татуировки считалось закрытым для посторонних и связывали его в основном с бандитскими группировками. Японские мастера редко допускали к себе чужаков, особенно из других стран, но Марте все же удалось добиться встречи с одним из них, а затем убедить его на съемку.

Впрочем, тогда медиа не согласились опубликовать материал: редакторы считали татуировки «сомнительной темой». В итоге фотографии больше 40 лет пролежали в архивах Марты, а книгу с ними издали только в 2012 году.

После возвращения в США Марта устроилась на работу штатным фоторепортером в газете New York Post. И стала первой женщиной-фотографом в коллективе.

«Там были 15 парней и я. Не то чтобы меня воспринимали как-то несерьезно, но в то время журналистикой в основном занимались мужчины»

Редакция отправляла ее на разные задания: например, она летала на Гаити фотографировать местных детей, которые собирали игрушки из консервных банок. Тогда же Марта захотела узнать, чем же занимаются нью-йоркские дети. Эта идея переросла в серию фотографий о детях из бедных кварталов.

Купер фотографировала местных детей по дороге на работу, снимая их игрушки и активности. Однако эта серия снимков тоже не заинтересовала редакцию. «Это было в 1978—1979 годах, перед расцветом хип-хопа. Все это еще не было связано с брендами — adidas, Puma или Nike. Теперь этот район застроили, Нижний Ист-Сайд стал престижным местом», — объясняет Марта. Книгу с этими снимками опубликовали только в 2005 году.

Снимая детей из бедных кварталов, Марта познакомилась с подростком по имени Эдвин, который увлекался граффити. Купер и раньше обращала внимание на теги и рисунки на стенах, но именно Эдвин подтолкнул ее исследовать эту тему глубже.

«Однажды он спросил меня: „А почему вы не снимаете граффити?“ — рассказывает Марта. — И показал мне свою тетрадь, в которой было полно эскизов тега HE3 (тег Эдвина. — прим. DTF Magazine), а также стену, на которой он рисовал. Я поняла, что он создает граффити подобно дизайнерам, и я буквально „подсела“ на эту тему».

Эдвин также познакомил Марту с культурой граффити, объяснил сленг райтеров и устроил встречу с одним из самых известных на тот момент уличных художников, Dondi. «Мы с Эдвином поехали в Восточный Нью-Йорк, где царила разруха, и постучали в дверь Dondi. Он спросил меня: „Вы Марта Купер?“ И показал фотографию, которую я сняла для New York Post: на ней была девочка на качелях, а на заднем плане — один из его рисунков», — вспоминает Купер.

Примерно в то же время у нее истекал контракт с New York Post, а интересы Марты все больше контрастировали с интересами редакции.

«Никто не хотел писать, что граффити — это интересно. Я пыталась рассказать людям, чем я занимаюсь, а мне в ответ сыпались аргументы о том, какой это вандализм. И у меня не было убедительного оправдания порче общественного имущества»

В конце концов Купер решила не продлевать контракт, ушла из New York Post и сосредоточилась на документировании уличной культуры.

Dondi стал для Марты проводником в мир тегов, «забомбленных» вагонов и разукрашенных стен. Он позволял ей ходить с ним на вылазки, снимать процесс создания граффити, показал заброшенные здания и закрытые депо, где нью-йоркские художники по ночам закрашивали целые составы.

Позже ее снимки заметили другие райтеры. Они понимали, что в условиях конкуренции с другими художниками их работы могли не продержаться и суток. Так что многие стали звать Марту и просили поснимать их работы. Так Купер познакомилась с Duro, Futura, Crash, Lady Pink и другими знаковыми художниками.

«Дружить с райтерами было совсем несложно. Они сами хотели, чтобы их работы сфотографировали, и знали, что я не сдам их копам»

Марта везде следовала за райтерами: активно ходила на вылазки, выбиралась в опасные районы и залезала по ночам в депо. «Мне помог опыт фотожурналиста и годы путешествий по нетуристическим местам в разных уголках мира. Я старалась разумно подходить к риску. Например, никогда не брала с собой в неблагополучные районы слишком дорогое фотооборудование», — вспоминает она.

«Я не могла понять, почему жители города так враждебно настроены к тому, что мне казалось потрясающей формой творческого самовыражения. Я считала, что мне повезло переехать в Нью-Йорк 1970-х, когда все это зарождалось. Я чувствовала, что фотографировать рисунки на поездах как форму искусства — это важно, но я никогда не думала, что многие люди со мной согласятся. Я узнала, как сложно подобрать цвета, спланировать рисунок на поезде, украсть краску, проникнуть в депо. Те, кто думает, что это просто вандализм, ошибаются», — считает Марта.

За свою карьеру она выпустила более 10 книг с фотографиями стрит-арт-культуры. При этом большинство из них вышло только в 2000-х годах: многие снимки Купер пролежали в архивах десятки лет, прежде чем их увидела широкая аудитория.

Марта документировала эволюцию нью-йоркского граффити, тегов, посвятила целую книгу девушкам-брейкерам, а также снимала те самые блок-пати, на которых зарождался хип-хоп.

Один из ее самых известных и знаковых проектов — фотокнига «Искусство подземки». Помимо сотен эксклюзивных кадров с росписями нью-йоркского метро, работа стала одной из первых книг, в которой рассказывалась история граффити и объяснялся сленг райтеров.

«Тем, кто видит в граффити лишь вандализм, предлагаю взглянуть на огромные, уродливые рекламные плакаты, которые целиком закрывают стены зданий. Почему это их не беспокоит? Граффити может быть одновременно и искусством, и вандализмом. Я не поклонница тегов на всевозможных поверхностях, но я ценю нелегальные рисунки, сделанные в необычных местах», — говорит Купер.

Марта все еще продолжает снимать райтеров на улицах Нью-Йорка, публикует фото в Инстаграме, ездит по выставкам и арт-фестивалям и открывает для себя новые имена. Ее фотографии переосмысливают известные стрит-арт-художники, а Supreme выпускает капсулу с футболками и свитшотами, на которые наносит принты с ее снимками.

Хотя отношение Марты к стрит-арту все же изменилось: «Больше всего в граффити меня интересовала его запретность. Это была закрытая, андеграундная культура. Нет ничего плохого в том, что теперь художники получают деньги за свою работу, но коммерциализированное уличное искусство уже не так меня интересует», — рассказывает Купер.

Она признается, что незаконный стрит-арт все еще привлекает ее больше коммерческого и подобные вылазки она ценит больше всего.

А еще она купила небольшой дом в одном из неблагополучных районов Балтимора, куда ежегодно приезжает на несколько месяцев. Там Марта ходит по улицам, снимает случайных прохожих, а потом возвращается к ним и раздает снимки.

Украинская премьера и эксклюзивный показ ленты Martha: A Picture Story состоится 14 сентября в 20:30 на фестивале don't Take Fake  (на футбольном поле) при поддержке Jameson.  Вход по билетам на фестиваль.

Также 14—15 сентября на don’t Take Fake будет работать специальный кинотеатр Jameson: приходите и проверьте, насколько вы ощущаете, какая пара кроссовок подходит культовым фильмам и персонажам, а за победу получайте подарок от Jameson. Помощь друзей приветствуется, но помните — у вас будет лишь несколько секунд для выбора, доверьтесь ощущениям. До встречи!